В 1759 году Хоук командовал флотом, блокировавшим французскую морскую станцию в Бресте. Он сыграл решающую роль в захвате Канады, ибо мимо его кораблей не могли прорваться суда с подкреплениями в Северную Америку. В ответ французы решили провести высадку на Британские острова. Решающую роль в осуществлении этого замысла должен был сыграть флот.

С начала 1769 года в Гавре, Дюнкерке, Бресте и Рошфоре строили плоскодонные суда, на которых планировали перебросить 50‑тысячную армию в Англию и еще 12 тысяч человек — в Шотландию. Кораблям из Тулона следовало соединиться с эскадрой, стоявшей в Бресте. Однако эскадра де ла Клю, направленная из Тулона, была перехвачена эскадрой Боскоуэна. Из 12 линейных кораблей после прохода Гибралтара пять зашли в Кадис, пять были уничтожены либо захвачены англичанами, и только два прошли к цели.

Несмотря на осеннюю непогоду, английские блокирующие эскадры оставались в море. Биограф Хоука отмечал, что в его переписке не замечено сомнения, что корабли обязаны держаться в море даже в зимние штормы, и видна уверенность в способности выполнить задачу благодаря хорошей выучке и опытности экипажей.

Пять кораблей в Кадисе беспокоили Хоука, крейсировавшего перед Брестом. Командовавший флотом в Бресте маршал де Конфлан предлагал выйти в море с 20 кораблями и конвоировать войска до берегов Англии. Но ему поручили выступить ранее, чтобы расчистить путь для десанта.

Так как 5—6 ноября подул сильный западный ветер, Хоук, продержавшись в штормовом море три дня, зашел в Торбей и был в полной готовности. Де Конфлан выступил 14 ноября и направился к югу. Однако его надежда пройти без боя не осуществилась. Хоук вышел в море 12 ноября, был ветром отброшен обратно и все же 14 ноября прибыл на пост и узнал, что неприятельский флот южнее его направляется на восток. Полагая, что французы идут в Киберонскую бухту, Хоук пошел туда же под всеми парусами.

Французский адмирал на рассвете 20 ноября приблизился к Киберонской бухте, отогнал блокировавшую ее эскадру коммодора Даффа и поднял сигнал к погоне. Англичане разделились: часть пошла по ветру к берегу, и за ними устремилась большая часть французского флота; вторая отправилась к югу, и за ней пошел один линейный корабль. Почти одновременно были обнаружены паруса на горизонте, и де Конфлан сначала, не ожидая встретить крупные силы противника, послал подкрепление одиночному кораблю. Вскоре выяснилось, что подходят 23 линейных корабля Хоука и 4 корабля Даффа — всего 27. Маршал располагал только 21 кораблем. Сначала он стянул силы и начал строить линию. Затем, отказываясь от боя в море, моряк приказал идти в бухту и сам возглавил колонну, чтобы не было сомнений в его намерениях. Конфлан рассчитывал, что в плохую погоду английский флагман не пойдет в бухту, окруженную рифами и изобилующую камнями и мелями. Однако Хоук, полагаясь на свой опыт и своих подчиненных, решительно направился за французами. Возможно, он хотел воспользоваться их знанием проходов в бухту и шел за Конфланом, как за лоцманом.

Когда головная часть флота огибала Кардиналы, южные скалы у входа в бухту, английский авангард вступил в бой с арьергардом противника. Бой в условиях штормового моря оказался непривычным для французов. Один из их 74‑пушечных кораблей был затоплен волнами, когда экипаж открыл орудийные порты на нижней палубе, другой пошел ко дну от огня флагманского корабля Хоука. Тот твердо выполнял приказ не пропустить французскую эскадру к дружественным портам. Два французских корабля спустили флаги. Семь укрылись в устье небольшой реки Вилены. Еще семь пытались уйти в Рошфор. Один из них погиб на мели у устья Луары. Флагманский корабль утром оказался в одиночестве севернее устья Луары. Чтобы не доставить противнику трофеи, Конфлан приказал выброситься на берег. В результате 3‑часового боя и его последствий 9 французских кораблей были потеряны, а уцелевшие 14 разделены на два отряда и в ближайшие месяцы не могли соединиться. Англичане лишились двух кораблей, которые попали на мель и были разбиты морем. Мэхэн считал Киберонское сражение Трафальгаром Семилетней войны, ибо после него англичане могли не бояться высадки и больше сил направлять против колоний Франции и ее союзников.

Победа оказалась очень кстати для Хоука, портреты которого уже начали жечь в Англии из‑за того, что он позволил вырваться флоту из Бреста и тем поставил страну на грань вторжения.

Позднее Хоук перешел на береговую службу. Он был первым лордом адмиралтейства с 1766 по 1771 год. В 1776 году его удостоили титула барона. Скончался адмирал в Санбюри (Миддлсекс) 17 октября 1781 года.